Друг мой, Нури!

13:03 — 28.11.2016

Было время, когда мы подружились с ним крепко, и встречались довольно часто. А познакомились мы с ним, когда я пригласил его в свой «Клуб интересных собеседников», который открыли в газете «Молодёжь Азербайджана», и мне, внештатному корреспонденту, доверили этот «Клуб» регулярно вести. И я его в течение пяти лет добросовестно вёл, и кого только туда не приглашал, и что характерно, никто не отказывался, и никто потом не жаловался, все были довольны. А редактор газеты Фаик Мустафаев постоянно восхищался и хвалил. Спасибо ему за доверие и похвалу.

…Нури Меджидович Алиев, был в то время начальником ГВФ республики. Гражданская авиация. Но о гражданской потом, а начнём с военной!

В годы войны он летал на истребителях. Отважно сражался с врагом. И даже где-то со смекалкой. На фронтах это тоже срабатывало.

— Мы летали на истребителях ЯК-3, — рассказывал он, — самолёт хороший, но был в нём один недостаток, хвостовая часть оказывалась без прикрытия. Пилоты неприятелей хорошо использовали этот момент, заходили нам с хвоста, и расстреливали нас совершенно безнаказанно. Вот тут мы проявили смекалку, и отбили у них охоту заходить с тыла. Для этого мы взяли «на вооружение» обыкновенную… швабру. Прилаживали её к пилотскому креслу так, что она торчала сзади из окошка, очень похожая на ствол, и таким образом, отбили охоту у врага заходить к нам с тыла, — с улыбкой заметил Алиев, — прекрасно сработало, чем мы очень гордились. Как говорится, дёшево и сердито.

— Молодцы, что ещё скажешь. А теперь давайте о том, как вы, заслуженный фронтовой лётчик, вся грудь в орденах, становитесь вдруг лидером Гражданской авиации республики?! Небо зовёт, или дело случая?

— Да, вы правы, с небом так просто не расстаются, — улыбнулся он, — но вместе с тем, в моём случае не обошлось без приятной неожиданности… Сижу однажды на даче, отдыхаю, пью чай, ни о чём таком не думаю, вдруг звонок от самого Лемберанского: «Нури, ты на фронте вроде бы лётчиком был?» — голос председателя Бакгорисполкома Алиша Лемберанского, невозможно было не узнать. Я подтвердил, что в годы войны был в авиации. — «А гражданскую авиацию республики, случайно, возглавить не хочешь»? — «Очень даже хочу! Только об этом и мечтаю!» — на полном серьёзе говорю ему. Так и стал начальником ГВФ республики.

— Но летать-то вам теперь за штурвалом не приходится, ведь вы кабинетный начальник, кресло пилота теперь не для вас.

— Ну, не скажите… — он сделал долгую паузу, говорить-не говорить, и всё же сказал: — когда Гейдар Алиевич собирается в Москву, он звонит мне, и приглашает в кресло главного пилота, так ему спокойнее. И я, в таких случаях, с удовольствием сажусь за штурвал. В результате, и ему было приятно, и мне хорошо.

…Кстати, и мне было спокойно и хорошо, когда мы на его автомобиле (он был за рулём) гоняли к морю, на его дачу. Водил он автомобиль лихо, не хуже, чем самолёт. Временами казалось, что вот-вот… взлетим! В таких случаях я спрашивал его, не страшно ли такую жуткую скорость развивать?

— Слушай, какой-такой страшно, я ФРОНТ прошёл! Мне ничего не страшно, сейчас ещё прибавлю скорость!

— Н-не на-а-адо!!! — взмолился я, — Вы фронт прошли, а я не проходил! К тому же, вам уже, я извиняюсь, за пятьдесят, а мне ещё и тридцатника не было.

Он улыбнулся, но скорость так и не сбавил. Ну, что тут скажешь, летун, он и есть летун!

Но другом он был настоящим. Как вы уже догадались, у меня не было проблем с авиационными билетами. В кассах стоять не приходилось. Один звоночек другу, и всё в порядке. Хотя однажды… это невероятно, но…

Мне нужно было срочно вылететь в Москву. В кассу даже не заглядываю, дохлый номер, иду прямой, верной дорожкой к начальнику ГВФ Нури Алиеву, других вариантов нет.

Нури Меджидович встретил меня, как всегда, радостно, приветливо. Узнав проблему, не вопрос, тут же дал команду секретарше раздобыть мне билет до Москвы.

Через пару минут девушка сообщает шефу, что, к сожалению, вся ваша бронь выбрана, пусто, а бронь Гейдара Алиевича нам недоступна.

Нури Меджидович горестно опустил голову, такого фиаско в наших отношениях с ним ещё не бывало. Он очень переживал, но… Что он мог сделать? Ничего! Представляю, как ему было неловко передо мной.

Молча покидаю кабинет, выхожу на проспект. Стою, в задумчивости, убитый горем. А чего думать, вариантов-то теперь никаких, если уж друг, самый главный начальник оказался не в силах помочь.

С горя, на автомате, просто так зашёл в кассы «Аэрофлота», что напротив. Там жена моего сослуживца, майора МВД Бори Балаяна работает.

— Валер, ты чего такой грустный, что случилось? — кинулась ко мне Лида.

— Погибаю, милая, — говорю ей, — важная поездка в Москву срывается. Билетов нет.

— Когда надо? — по-деловому спросила она.

— Бесполезно, Лида, я у Нури Меджидовича был…

— Скажи, когда надо?

— Сегодня! Сейчас надо! Но… билетов нет! Я погибаю… Если уж Нури Меджидович…

— Жди меня здесь! — кинулась она на своё рабочее место.

Пока я, на её глазах, медленно «погбал», слышу, она с кем-то уже связалась по селектору. И что я слышу?

— Зема, лично для меня, поняла? До зарезу! Жду! Верю в тебя! Жду-жду… Вау, Земка, ты Гений! Спасибо, Солнышко! — Лида просто на глазах, в один миг, расцвела!

Подбегает ко мне с билетом в руках.

— Валера, через полтора часа вылет! Гони в аэропорт!

— Лидка, ты Богиня! Дай, я тебя расцелую!

— Беги-беги, потом расцелуешь!

М-да, подумал я тогда, настоящие друзья, — это великая сила! И не только высокопоставленные, но и простые, рядовые.

В этом, если хотите, и есть вся прелесть нашей жизни. Слава друзьям! Настоящим! А других нам и не надо.

Теги: Общество

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.