Борьба с наркотиками. Дубль два!

18:10 — 29.06.2012

В 2003 году система правоохранительных органов пополнилась новым и, судя по заявленным задачам, весьма влиятельным партнером. Был создан Государственный комитет по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ (ГНК, впоследствии Федеральная служба по контролю за оборотом наркотиков — ФСКН). Новый орган, по замыслу Президента, был призван не только стать координатором в сфере борьбы с наркокриминалом, но и реализовать новую наркополитику суть которой должна быть борьба не с последствиями, а с причинами.

Создание ГНК было вызвано рядом вполне объективных причин, среди которых резкий рост наркозависимых в России (с 1991 по 2001 год число стоящих на учете с диагнозом наркомания возросло в 9 раз). Наркобизнес стал срастаться с правоохранительной системой, что значительно увеличило обороты продаваемого зелья в стране, расширились возможности транснациональной преступности. Из страны транзита наркотиков Россия стала превращаться в страну потребления. Этому способствовали прозрачность внешних границ, наличие конвертируемой валюты, стремительный заход в Россию новой молодежной субкультуры, в которой в едином пакете сегодня секс, дискотеки, наркотики.

Стремительность обогащения за счет продажи наркотиков, быстрые и легкие деньги существенно расширили круг наркосбытчиков, которые стали проникать не только в криминальный мир, но и активно входить в школы, высшие учебные заведения, ночные клубы и молодежные дискотеки.

Перед ГНК была поставлена задача «оседлать» каналы поступления наркотиков из-за рубежа, работать по крупным наркосообществам. А по сути работать по принципу спецслужбы — «от противника». Упреждая, пресекая еще на стадии замысла. Не контролировать совершение преступления, а не допускать его! Такая задача под силу только серьезной специальной службе, имеющей интеллектуальный потенциал. Мощный оперативный костяк.

В связи с появлением нового специально уполномоченного ведомства в органах внутренних дел были сначала упразднены, а затем частично восстановлены подразделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков в рамках структур уголовного розыска. Все это существенно изменило картину в театре военных действий борьбы с наркопреступностью. Декриминализация хранения для личного употребления малых доз наркотиков еще более усугубила ситуацию. Перевод «хранения» в разряд административных правонарушений не изменил, по сути, позицию прокуратуры, которая в ряде субъектов стала требовать по каждому факту административного производства возбуждения уголовного дела. В подобном «разгоне» статистики были не заинтересованы ни органы внутренних дел, ни органы наркоконтроля.
Фактически мелкий опт и розница оказались вне зоны контроля. И по сути именно эти звенья стали формировать политику наркорынка. Несмотря, на первый взгляд, на снижение влияния органов внутренних дел на борьбу с наркопреступностью доля раскрываемых преступлений органами МВД тем не менее по-прежнему осталась достаточно высокой. Это очевидно, потому что по глубине и широте проникновения в уголовно-криминальную среду органам внутренних дел равных нет и не будет. А потому в ряде субъектов России на органы наркоконтроля приходилось всего от 30 до 60 процентов раскрытых преступлений с этой сфере. При этом надо учитывать, что ФСКН работает по всему спектру подконтрольных веществ, в том числе и по прекурсорам, а потому изъятий объективно больше, что без детализации по группам и видам всегда выдавалось за особые успехи.

Даже беглый анализ статистики показывает, что доля участия органов внутренних дел, располагающих значительными оперативными и человеческими ресурсами, по-прежнему значительны. Искусственное выведение милиции на первом этапе создания ГНК за скобки этой работы сыграло свою негативную роль. Накопленный в прошлые года потенциал в борьбе с наркопреступностью МВД сегодня требует нового дыхания. И это вопрос не ведомственный, а политический. Служба по борьбе с незаконным оборотом наркотиков (НОН), созданная генералом милиции А. Н. Сергеевым была эффективным средством противодействия распространению наркотиков. Там были заложены принципы и подходы к этой работе, устранение «закрытых зон», комплексность и непрерывность процесса. Создана система подготовки кадров на базе Института повышения квалификации МВД РФ, своя научная школа. Поэтому костяк нового ведомства составили выходцы именно отсюда.

Оперативная обстановка сегодня существенно изменилась. И этому есть ряд весьма ощутимых причин.
В настоящее время общими усилиями разрушены годами существовавшие наркосети. Ежегодно в места лишения свободы отправляются до 100 тысяч наркодилеров. Ликвидируются преступные группы и преступные сообщества. Суды стали активно использовать значительные по срокам реальные наказания. На фоне этого произошел передел рынка. На поляне появилось много неизвестных игроков, выявить которых только силами ФСКН невозможно. Более того, заточенность ведомства на изъятие крупных партий изменила тактику самих наркопреступников. Сегодня они предпочитают ввозить наркотики в Россию и транспортировать по стране партии не так как раньше (400,300, 200 кг), а по 1–2 кг. Что, с одной стороны, снижает риск в целом, а с другой — реальность значительных финансовых потерь. Реальные ресурсы (даже численные — 36 000 сотрудников ФСКН, из которых не более 25% занимается непосредственной работой), не говоря об оперативных возможностях, у специально уполномоченной службы сегодня исчерпаны. Мы наблюдаем снижение объемов изъятий основных видов наркотиков (героина в первую очередь), а вал достигается за счет изъятия кондитерского мака с наличием в нем маковой соломки. Увеличение изъятия т.н. синтетических наркотиков (в основном сырья для их производства) картину не улучшает, так как в статистике динамика по видам отсутствует. По сути, кратное увеличение достигнуто за счет изъятий курительных смесей и морских солей, где доля собственно наркотика в общем объеме ничтожна мала. Аналогичная ситуация и с изъятиями героина. Изъятые в 2011 году 2 с небольшим тонны героина по сути являются смесями, так как с абсолютно чистым веществом сталкиваются только при изъятии контрабандной партии. По мере продвижения героина внутрь России его процентное содержание уменьшается за счет включения наполнителей (для веса). И объективно в двух изъятых тоннах собственно героина может быть от 700 до 1200 кг.

Меняется структура наркопотребления. Наметилась тенденция ухода героина с рынка. Пока это тенденция. Однако в ближайшее время возможно появление более сильных наркотиков, синтезируемых в домашних условиях. Об этом свидетельствует активизация консультаций пользователей Интернета. Запреты, вводимые на отдельные виды препарато, в не решают проблемы, так как не исключены возможности синтезирования зелья из того, что запретить просто невозможно. Запрет — это удел слабого! Тем более что голь на выдумки хитра.

Самым популярным наркотическим напитком у эскимосов и у большинства народов Сибири считается моча человека, съевшего мухомор.

В 2005 году проводимое в Британии исследование сна показало, что 85% всех испытуемых видели необычные образы после приема 20 граммов сыра «Стилтон». В выпуске газеты «Нью-Йорк таймс» за 1998 год присутствовала нашедшая свое подтверждение статья об африканских беспризорниках из Замбии, которые получали свою порцию кайфа, нюхая «дженкем» — галлюциноген, получаемый из паров человеческих экскрементов.

Потребление натуральной ванили приводит к выделению в организме особых возбуждающих веществ — катехоламинов, особенно адреналина, что может привести к мягкой форме зависимости. Когда эти растения были впервые экспортированы из Мексики в другие страны, они росли, цвели, но не приносили плодов. Оказалось, что опылением ванильного дерева занимается только один вид пчел, который водится в Мексике (ваниль является родственницей орхидеи). Попытки разведения этих пчел в других странах не увенчались успехом, пока один из мальчиков-рабов не обнаружил способ искусственного опыления ванили. Процесс осуществляется простым механическим переносом пыльцы между растениями с помощью обычной зубочистки! Ванильная монополия Мексики была разрушена, и ваниль стала самой обыкновенной приправой на каждой кухне.

Но мы не Мексике и не в Замбиии.

В Ростове ликвидирована подпольная лаборатория по производству синтетических наркотиков. Успешная операция сотрудников наркоконтроля и службы безопасности Ростовской области. Выявлена и ликвидирована подпольная лаборатория по производству экстази, метамфетамина и других синтетических наркотиков. Причем располагалась она в НИИ физической и органической химии ЮФУ». Ранее аналогичные лаборатории (2005—2008 гг.) были ликвидированы в ряде московских ведущих вузов, наименования которых не оглашались, дабы не подрывать деловую репутацию учебного заведения. Как и в этом случае, базой были химические лаборатории, а сырьем служили штатные химические реактивы. Введение рецептурного отпуска на кодеиносодержащие лекарственные препараты оживило дискуссию в блогах, где лица даже без среднего образования обсуждают создание аналогичных молекулярных решеток с новыми веществами. Резкое падение спроса на такие препараты ничего не иллюстрируют. Просто не перестроена тактика наркоманов, не отработана система рецептурного отпуска. Значительно активизировалось гражданское общество, которое стало более активно вовлекаться в борьбу с этим злом. Однако, как отмечалось, расширение рынка мелкого опта, увеличение сети притонов превышает возможности оперативного реагирования ФСКН. Мы живем в параллельных мирах. У правоохранителей на бумаге одно, а у нас на улице — другое! Сегодня общество не интересуют тонны и килограммы изъятых наркотиков, ситуация в Афганистане и Гондурасе, проблемы войск коалиции. Его больше волнуют шприцы на лестничных площадках, около школ и в местах досуга. Граждане не желают нюхать зловоние наркопритонов. Разрыв между интересами правоохранительных органов и общества стал увеличиваться: реакция на заявления либо запоздалая, либо формальная. Для правоохранительных органов ликвидация наркопритона менее заметная в рейтинге строка, чем крупные изъятия и разоблачение групп и сообществ. И это при наличии более серьезных и людских затрат, сложностей доведения дел до суда (если вообще это возможно).

У ФСКН отсутствует реальная система и возможности работы в группе риска. Это объективно. Как человек, начинавший службу в ведомстве с момента его создания и служивший там до 2008 года, считаю необходимым подчеркнуть, что формат межведомственного взаимодействия, заявленный в положении о ФСКН, предполагал вопросы взаимодействия в сфере профилактики исключительно в рамках уголовно-процессуальной деятельности с другими правоохранительными органами. Иные функции, которые сегодня пытаются «натянуть» на себя наркополицейские, являются избыточными, а по сути незаконными. Именно поэтому все попытки наладить эффективную работу в области профилактики наркопотребления не достигают цели и носят исключительно декоративный характер (акции, слеты, конференции без опоры на «землю») при огромном объеме никому не нужных отчетов и справок. В силу этого проводимые мероприятия в сфере профилактики в последние годы напоминают школьные капустники, которые не имеют перспективы и по сути являются дежурными, показными акциями.

Институт участковых уполномоченных, школьных инспекторов и инспекторов по делам несовершеннолетних — единственный эффективный инструмент, наряду с общественностью, для сканирования и управления низовой наркоситуацией. Попытки ФСКН работать с этой категорией сотрудников МВД совместно ни к чему хорошему не привели. Изначально было непонятно: кто ведущий, а кто ведомый? Чьи приоритеты первичны? Да и возможностей у сотрудников ФСКН практически не было. Вал бумаг, вместо конкретной работы…

Сегодня можно со всей очевидностью утверждать, что наркопреступность имеет исключительно организованные формы. Тем не менее для представителей криминального мира наркосбыт нередко является побочным, второстепенным доходом, наряду с иной противоправной деятельностью. Анализ оперативной практики показывает, что многие совершенные преступления так или иначе сопряжены с наркопреступностью — от сбыта до личного потребления задержанными.
Суммируя изложенное, необходимо отметить, что сложившаяся наркоситуация в России требует серьезной корректировки и в правовом, и в организационном плане. Необходимо значительно укрепить блок сотрудников, работающих в органах МВД, на участке борьбы с наркотиками на земле. С учетом наличия организованных форм наркобизнеса создать именно в главке специальные подразделения по организованной преступности, При этом учитывать, что степень слияния наркопреступников с низовыми звеньями полиции по-прежнему невероятно высока. Работа по этой линии позволит существенно почистить и эту сферу. Очень важным элементом является работа в жилом секторе, которая должна вестись предметно и крайне оперативно. Как отмечалось, — сегодня нет закрытых зон, о притонах широко известно, как и о точках торговли наркотиками. Борьба с притонами — это один из элементов формирования нового облика полиции и повышения доверия к ней. Здесь карты в руки участковым и инспекторам по делам несовершеннолетним. Может быть, их участие в этой теме рассматривать в качестве приоритетной для данной категории.

ФСКН должна быть освобождена от несвойственных для правоохранительного органа функций (вмешательство в медицинскую сферу, работа реабилитационных центров и пр., что) кстати, искусственно привнесено в последнее время), должна стать законодателем оперативно-розыскной борьбы с наркопреступностью, работая на параллельных курсах с МВД, ФПС ФСБ, ФМС и прочими органами как специальная служба и правоохранительный орган. Собственно, нужно заняться тем, ради чего она создавалась.

Надо принципиально и кардинально повысить статус Государственного антинаркотического комитета. Как и в прошлые годы существования правительственной комиссии, его должен возглавлять один из вице-премьеров, а не руководитель ведомства. Существующий аппарат ГАК должен быть кратно сокращен. (Сегодня в нем более 250 (!) человек, которые служат в ФСКН. В окружных управлениях по 30 человек, которых возглавляет целый генерал, кое-где генерал-лейтенант! В каком государстве столь расточительно относятся к высшим специальным офицерским званиям?). Его сотрудники должны быть переведены в разряд государственных и гражданских служащих. Высвободившийся состав должен быть передан в оперативные подразделения. Зная людей, работающих в аппарате могу, сказать одно: не живут, а мучаются бумажной волокитой. Многие талантливые опера волею судьбы оказавшиеся не на своем месте, изнывают от бесцельного, по большому счету существования. Имитируя «процесс», они гонят тонны бумаг в низовые подразделения федеральной службы где исполнители буквально стонут от исполнения никому не нужной работы. Сегодня аппарат состоит в основном из людей в погонах, которые в силу профессиональной деформации не могут в полном объеме решать задачи всех входящих в состав ГАКа ведомств. Более того аппарат должен быть переподчинен его новому руководителю. В аппарате ГАК должны работать представители разных ведомств.

К слову, в правительственных комиссиях по противодействию распространению наркотиков в разные годы (одну возглавлял премьер, вторую вице-премьер) функции аппарата выполнял всего один человек. Сегодня сотрудники аппарата, имея достаточно высокий государственный статус и полномочия, решают вопросы исключительно в интересах одного ведомства. Причем решают их силами сотрудников этого же ведомства, которые «добывают» информацию в стенах республиканских и региональных министерств, руководители которых сами являются членами ГАКа или региональных антинаркотических комиссий на местах. Подобная двойная бухгалтерия приводит к недоразумениям и неоднозначному трактованию проблем. В частности, из уст руководителя ГАКа неоднократно звучала критика в адрес Минзндравсоцразвития, его наркологической службы, ФПС, ФСБ России, хотя первые лица этих ведомств сами являются членами ГАКа, а глава Минздравсоцразвития — заместитель председателя (!).

Изменение подходов, продекларированных новым руководством МВД — укрепление низовых звеньев, укрепление оперативного блока, сокращение числа неоперативных подразделений, — это первый шаг к созданию прямой пирамиды, в которой нагрузка на оперативного работника будет определяться реальной оперативной обстановкой, а не числом надстроек, работающих за счет оперов не на общий результат, а на свою придуманную идею. Более того, это резко уменьшит документооборот никому не нужных бумаг, которые отвлекают людей от конкретной работы, лишают их маневра, инициативы, да и просто желания работать на корзину.

Впрочем, это беда и для многих других т.н. правоохранительных органов.

Комментарии (2):

20:52 — 10.07.2012, Александр Михайлов

По динамике посещений в блог можно судить: зацепил или нет.
Зацепил! Ой как зацепил!!! Бездельников, дармоедов и дилетантов. Стоили мне упомянуть самый затратный и бесполезный орган - аппарат ГАКа (Госудаственного антинаркотического комитета) как персоныв из этого отстойника встрепенулись и "Россия вспряла ото сна". Как автор посягнул на святое - на право имитировать работу и ничего не делать за большие деньги! И даже работая в провинции получать как в Москве. При не это не задумываться о том, что территориальные коллеги без сна и отдыха, без выходных, за нищенскую зарплату пашут как дизеля в Заполярье. Чтобы изъять 5 грамм наркотика надо пахать в поте лица, не видя родных, детей, а потом еще объясняться перед прокурорами и начальством за то, что не сделал, потому что это не в человеческих силах. Я опер. И понимаю оперов. Я никогда не причислял себя к племени породистых чиновников, которые просто паразитируют на чужой работе. Меня оскорбляло, когда меня - генерала называли чиновником. Я ненавижу людей которые вмешиваются в работу не только своих коллег, но и других ведомств. Жизнь опера, в отличии от жизни чиновника земная.
Но племя бесполезных пресмыкающихся в погонах меня сегодня раздражает. Я налогоплательщик, а они иждивенцы.
Оживление которое я заметил вещь отрадная. Значит я попал в точку. А потому повторяю - все что не работает на результат правоохранительного органа должно быть ликвидировано. И никто не смеет меня обвинять в том, что я подрываю доверие к конторе. Я снимаю шляпу перед людьми решающими конкретные задачи! Но никогда не стану на сторону бездельников, которые лытают от дела, какими высокими целями они бы не прикрывались.
А что касается бездельников в окружных управления аппарата ГАК скажу: сделаю все чтобы этот бесполезных и вредный субъект был ликвидирован. А ставки были переданы на землю. На деньги которые они существуют могут работать 600 человек решающих конкретные задачи.
И еще... Не надо щипеть за спиной. Есть что сказать - пиши в блог. Не умеешь - сдавай ключи и оружие и иди пасти баранов.


13:50 — 24.07.2012, Александр Михайлов

Сегодня меня поправили мои коллеги, уточнив процент оперативных работников - 60 %. Поправка к месту, но тебует уточнения. В эти 60% процентов входят сотрулдники оператвино-технических подразделений, спецназ, криминалисты и следователи. Я же исхожу из того, что по моему оперативному разумению главным работником является опер работающий на земле, то есть лицо работающее с агентурой , разрабатывающее сами операции. И в этой цепочке оно есть персона главная и основная! И понимая значение крминастита следрователи и сотрудника технического подразделения, тем не менее приоритет оставляю за опером, как заказцчкиом и инициатором всех побед!!!

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.