Судьба и карьера Константина Катушева

23:54 — 09.04.2010

Александр Цирульников

Судьба и карьера Константина Катушева

Судьба и карьера Константина Катушева

23:54 — 09.04.2010

Александр Цирульников

В ночь на 5 апреля в Москве скончался Константин Федорович Катушев, наш известный земляк, который много лет работал на руководящих должностях в Горьковской области, в ЦК КПСС и в Правительстве СССР. Он родился 1 октября 1927 года в селе Большое Болдино в семье сельских учителей.

Юношеские школьные годы прошли на Автозаводе, что и определило выбор профессии. В 1951 году Константин Катушев окончил Горьковский политехнический институт им. А.А. Жданова и тогда же молодым инженером-конструктором пришел работать на Горьковский автомобильный завод. За шесть лет прошел путь от конструктора, старшего конструктора, ведущего конструктора до заместителя главного ко,заишел работать на Горьковский автомобильный им. А.А.орович Катушев, нашнструктора автозавода. С 1957 года производственный рост сменился ростом по партийной линии.

Познакомиться с Константином Федоровичем мне довелось в 1962 году, когда я начал работать на телевидении. Он тогда из парткома Горьковского автозавода перешел на работу в Автозаводский райком КПСС и возглавил его. В 1963 году он был уже первым секретарем Горьковского горкома КПСС, а еще через полтора года - первым секретарем Горьковского обкома партии, членом ЦК КПСС. В апреле 1968 года стал секретарем ЦК КПСС. Ему был 41 год. Вот такая стремительная карьера.

Вспоминается такой эпизод. Весной 1968 года в Горьком проходила областная комсомольская конференция. Я готовил репортаж для выпуска телевизионных «Горьковских новостей» и закончил так, как тогда было принято: « В работе конференции принял участие и выступил член ЦК КПСС, первый секретарь Горьковского обкома партии Константин Федорович Катушев». Передал этот текст по телефону выпускающему редактору Якову Фридману. Каково же было мое удивление, когда диктор Евгения Новикова в эфире прочитала, что «в работе конференции принял участие и выступил секретарь ЦК КПСС, первый секретарь Горьковского обкома партии Константин Федорович Катушев...»

На следующий день нас с Фридманом вызвал директор студии телевидения Николай Михайлович Громов: «Что будем делать? Кого наказывать?». Яков признался, что, диктуя записанный текст машинистке, оговорился и назвал Катушева секретарем ЦК. Он не успел повиниться, как диктор Центрального телевидения по «ящику» в кабинете сообщил, что «сегодня на пленуме ЦК КПСС Константин Федорович Катушев избран секретарем Центрального Комитета партии». Мы замолчали от удивления, Яша пришел в себя первым и шутливо пояснил директору: «Николай Михайлович, я еще вчера это знал и не мог не поделиться с телезрителями...» Громов рассмеялся: «Идите, пророки, инцидент исчерпан...»

13 января 1967 года К.Ф. Катушев принял из рук Леонида Ильича Брежнева орден Ленина, которым была награждена Горьковская область. Вручение происходило во Дворце спорта. Я там был редактором прямого включения в выпуск «Новостей» ЦТ СССР. После вручения состоялся торжественный прием в пустующем зимой здании речного вокзала. Некоторые из участников этого приема рассказывали мне, что Леонид Ильич читал свои лирические стихи и пел песни на стихи Есенина, просил петь Константина Федоровича Катушева. И тот не мог отказать Леониду Ильичу.

Пели вдвоем. Вместе с Брежневым была приехавшая с ним из Москвы молодая красивая женщина, с которой он вальсировал на приеме. Говорили, что она его личный врач или медицинская сестра. Но когда директор завода «Красное Сормово» Михаил Афанасьевич Юрьев проявил к гостье интерес и пригласил ее на танец, то после танго к высокопоставленному сормовичу подошли два человека из свиты Брежнева и попросили его больше ничего подобного не делать. Юрьев очень скоро, ни с кем не прощаясь, покинул прием.

Поздно вечером генсека провожали на Московском вокзале. Его бронированный вагон был прицеплен в конце состава, но последним он, по-моему, не был, за ним была еще пара вагонов для сопровождающих лиц. После всех рукопожатий, поцелуев и объятий Леонид Ильич поднялся в вагон и, улыбаясь, так что на щеках обозначились ямочки, махал руками провожающим. Когда вагон медленно проплывал мимо перрона, стало слышно, как Брежнев громко сказал: «Костя, звони! Звони, Костя!».

Мне показалось, что Катушев почувствовал себя неловко, от такого прилюдного внимания генсека, но, соблюдая партийный этикет, кивал и махал вслед: «Спасибо! Доброго пути, Леонид Ильич!».

Очень скоро первый секретарь Горьковского обкома КПСС был включен в состав партийно-правительственной делегации и вместе с Брежневым съездил в Венгрию. После этого сведущие люди говорили, что Катушеву уготована работа в ЦК КПСС. И в апреле 1968 года предсказание сбылась: Константин Федорович стал секретарем ЦК КПСС и ведал взаимоотношениями с братскими коммунистическими партиями, социалистическими странами.

Этим делом он руководил до начала 1977 года, когда с партийной работы был переведен на хозяйственную - в Совет Министров СССР заместителем председателя. Это было понижением по сравнению с должностью секретаря ЦК КПСС. В Горьком это восприняли как начало опалы. И действительно, в 1980 году Катушев был отправлен послом на Кубу. Говорят, что Леонид Ильич охладел к своему ставленнику из-за того, что тот не привез ему к семидесятилетию никакой государственной награды из Вьетнама. Делегацию во Вьетнам возглавляли сразу два секретаря Центрального Комитета КПСС - М.А. Суслов и К.Ф. Катушев. Уговорить «вьетнамских товарищей» не удалось, они были под очень большим влиянием китайского руководства и боялись проявить лояльность по отношению к Советскому Союзу и КПСС. Между СССР и Китаем тогда были весьма напряженные отношения. И Вьетнам был между двух огней. Суслов уехал в Москву, оставив Катушева в Ханое, чтобы тот все-таки выбил орден для Брежнева у вьетнамцев. А когда это не удалось, то, говорят, тот же Михаил Андреевич высказал мнение, что Константин Федорович не справился с поручением партии. Брежнева в его семидесятилетие всего увешали наградами - и отечественными, и зарубежными. А вьетнамского ордена не было.

В последние годы государственной деятельности К.Ф. Катушев руководил Советом экономической взаимопомощи социалистических стран.

Работая в Москве на высоких партийных и правительственных должностях, Константин Федорович часто приезжал в Горький, на родной Автозавод, бывал в городах и районах области.

Мне как корреспонденту программы «Время» доводилось освещать эти приезды на Центральном телевидении. Помню, как Константин Федорович в начале 1970-х годов приехал на снос последнего барака в Автозаводском районе. Люди, которые в нем жили с военных и послевоенных лет, уже переехали в квартиры в домах-новостройках. Катушев тогда говорил, что в Горьком успешно завершается наступление на бараки. И скоро их совсем не останется...

Помню приезд К.Ф. Катушева на Борский стекольный завод. Там тогда было освоено производство посуды из так называемого напряженного стекла, которое не должно было разбиваться даже от падения на цементный пол. Именно это и решили продемонстрировать высокому гостю. На красную скатерть стола выставили в цехе различные изделия из напряженного стекла. И предложили Константину Федоровичу взять любой стакан или вазу и бросить их на пол.

- И что, они не разобьются? - поинтересовался Катушев.

- Нет, если сильно ударите о бетон, изделия подпрыгнут, но останутся целыми и невредимыми.

Катушев взял стакан и бросил на пол - он разбился вдребезги!

Хозяева не смутились: - Это случайность! Бросьте вот эту вазу...

Ваза тоже разлетелась на мелкие кусочки.

- Вижу, какие они у вас целые да невредимые! - мрачно съязвил Катушев. И пошел не оглядываясь.

А устроители эксперимента в сердцах стали бить об пол все, что осталось на столе. Стаканы и вазы ударялись, подпрыгивали, как мячики. И - ничего!

В последние годы Константин Федорович активно работал в Нижегородском Землячестве в Москве, был членом его правления. Каждый год в конце марта или начале апреля землячество отмечало очередную годовщину со дня рождения А.М. Горького, и Константин Федорович приходил на это собрание. В этом году собрания не было.

Мне вспоминается встреча с К. Ф. Катушевым, Н.И. Масленниковым и В.А. Карпочевым 13 октября 2006 года во Всероссийском выставочном центре (по старому ВДНХ), где тогда находилось землячество. Я задал Константину Федоровичу давно интересовавший меня вопрос: когда весной 1968 года его призвали в Москву на работу секретарем ЦК КПСС, в Горьком говорили, что это связано с тем, что Катушев до войны в школе на Автозаводе учился вместе с чехословацким лидером Александром Дубчеком, и поэтому ему будет легче, чем кому-либо другому, налаживать обострившиеся партийно-государственные отношения между КПСС и КПЧ, СССР и Чехословакией.

Константин Федорович ответил весьма обстоятельно:

- Дубчек родился в 1921 году, а я в 1927. То есть разница в возрасте у нас 6 лет, а в переводе на школьные годы это шесть классов. Сами понимаете, что общение между нами могло быть случайным. Да его и не было. В 1938 году семья Дубчеков уехала из Горького на родину. Мне тогда было 11 лет. Конечно, потом, когда мы общались уже как политики и партийные деятели, в минуты отдыха Дубчек вспоминал город Горький, Автозавод, где у него остались друзья-одноклассники. И мы легко находили с ним общие темы для разговора, тем более что Дубчек прекрасно говорил по-русски...

Тогда же, 13 октября 2006 года, мой сын Аркадий сделал фотографию, которая публикуется сегодня.

7110

Комментирование данного материала запрещено администрацией.