Армия завтрашнего дня (Алексей ЛАРИН)

06:00 — 03.04.2008

Алексей Ларин

Война войной, а обед по расписанию

Война войной, а обед по расписанию

Армия завтрашнего дня (Алексей ЛАРИН)

06:00 — 03.04.2008

Алексей Ларин

Итак, Грузия с Украиной заручились официальной поддержкой США на вступление в НАТО. Угроза приближения военных баз враждебного альянса вплотную к границам России стала как никогда реальной. А в самой России с первого апреля начался очередной весенний призыв. Впервые на один год. Можно ли за один год подготовить новобранца к войне завтрашнего дня? Или лучше вовсе отменить призыв, в виду его явной неэффективности. Вопросы комплектования армии, а шире вопросы строительства новой армии стоят сейчас перед Россией как никогда остро.  

С одной стороны, о плюсах и минусах призыва и контракта рассуждали уже столько раз, что можно было бы и не повторяться. Но придется. Поскольку не выяснив, какая же из этих двух систем комплектования армии лучше, нельзя решить на какой основе нам строить свою новую армию. А строить придется обязательно, и тратить на это дело очень большие средства, ибо никто еще не отменял старую поговорку ? кто не хочет кормить свою армию, будет кормить чужую.  

Вот, кстати, один из первейших доводов в пользу призывной армии ? она дешевле контрактной. Это верно. Но дешевле лишь для государственного бюджета, а не для всего общества в целом.

На содержание одного призывника государство денег выделяет, разумеется, значительно меньше, чем на содержание контрактника, которому, помимо всего прочего, еще и зарплату надо платить. Но здесь есть и обратная сторона медали. Во-первых, государство, и военные в том числе, обращается с «дорогими» солдатами значительно более эффективно, нежели с «дешевыми» Профессионалов-контрактников вообще, в принципе, меньше, нежели призывников, и вряд ли ими побросаешься на войне так же, как бесплатными рекрутами. Экономное обращение с «дорогими» солдатами в итоге оборачивается экономией для всей страны, в том числе и бюджета. Если вообще правомерно оценивать человеческую жизнь в материальной стоимости.  

Помимо этого профессиональные военные сами по себе довольно скоро оправдывают расходы на свое содержание. Сравнивать КПД профессионального военного во время боевых действий и всего за год подготовленного призывника, все равно что сравнивать эффективность дирижабля и истребителя пятого поколения. Чему можно научить за год? Да, собственно, только умирать. При некотором усердии и сноровке можно научить убивать. Но научить побеждать нельзя. А без этого теряет свой смысл и все остальное. Боевые действия самого ближайшего будущего будут заключаться не в пальбе из окопов, чему можно было научиться за несколько дней, а в умении вести маневренную войну в городских условиях с применением средств новейшей спецтехники, в комбинированном действии всех родов войск на суше, на воде, и в воздухе, в психологическом давлении, в техническом превосходстве и много в чем еще, что хорошо вяжется с профессиональными военными, но очень мало с призывниками-одногодками. В принципе, расходы только лишь на лечение раненных в бою призывников намного превысят расходы на то же лечение профессионалов. Глупо же ведь сравнивать способность к самозащите тех и других; под шальную пулю попадают в основном именно призывники.  

Впрочем, пардон, погорячился. Есть у нынешних призывников одна главная отличительная черта, делающая их совершенно бесполезными для современной российской армии, тем паче действующей. Они участия в боевых действиях не принимают. Это раз. В армию забираются всего лишь для обучения. Это два. Но мобилизовать уже отслужившего призывника практически невозможно. Это три. То есть, государство не обучает резервистов, не подготавливает призывников к боевым действиям, а всего лишь тратится на поиск и содержание нескольких сот тысяч молодых людей в год, коих попросту невозможно использовать для ведения войны. Причем, любой. Это и есть наша главная военная тайна. Не понятно лишь, к чему ее стоит скрывать от народа?!  

С другой стороны, начнется война, не дай Бог, все пойдем. Это уж как повелось. Профессионалы ? не профессионалы, призывники ? или контрактники, старые ? или молодые; если в Россию придет война ? пойдут все. Такова уж наша дурацкая порода. Все внешние завоевательные войны в истории России велись профессиональными военными. Стрельцы, казаки, дворяне ? во все века в России существовал мощный костяк профессиональной армии, опираясь на который государство решало все тактические внешнеполитические задачи, требующие применения силы. Но если смертельная опасность угрожала самой России, война становилась делом всех и каждого, становилась народной. И тогда любая, даже самая профессиональная, прекрасно оснащенная и технически подготовленная, армия терпела в России поражение. В этом убеждались и тевтонские рыцари, лучшие воины своего времени, битые Александром Невским и новгородскими ополченцами. В этом убеждались и татары. Поляки, шведы, французы, немцы ? раз за разом накатывали железными волнами на восток, и ? терпели поражение. Причем, не от профессиональной армии, а от народного ополчения. Что, по сути, и есть тот самый призыв. Только добровольный. Не по указу президента, а по зову души.  

Другое дело, что сейчас одного лишь зова души действительно будет маловато. Если что, любой доброволец уже должен уметь воевать. Это раньше достаточно было хорошего топора или рогатины. Да и из автомата стрелять большого ума не надо было, ополченцев готовили в считанные дни, и на ? фронт. И ведь сражались же! Не хуже элитных частей вермахта!  

Сейчас одного умения стрелять мало. Да ведь и стрелять-то тоже, в принципе, надо научить. Это требует времени. Еще больше времени требует формирование командного духа и дисциплины. Солдат должен подчиняться уставу и приказу, только в этом случае он становится солдатом, а не просто вооруженным человеком. Стрелять-то научить новобранца несложно, а он возьмет, да и бросит оружие в бою. Или начнет стрелять, когда надо сидеть тихо. Или подорвется на собственной же мине. Или неправильно оценит дистанцию до противника. И всё, нет человека. А если таковых много? Так ведь и всю армию можно потерять!  

Служба ? это не только долг. Это еще и профессия. И как любая профессия со временем она становится только сложнее и совершеннее. А соответственно, и время потребное для обучения данной профессии, увеличивается. Вроде бы это утверждение входит вразрез с заявленными планами по сокращению срока срочной службы до года, но это только на первый взгляд. Да, в СССР срочная служба длилась и два, и три, и четыре года, но советские призывники в любой момент могли быть отправлены на любую войну в зону боевых действий. То есть, это были именно рекруты, в полном понимании этого слова. Сегодняшние российские призывники в боевых действиях не участвуют, а проходят обучение. С возможностью дальнейшего заключения контракта и перехода на профессиональную основу.  

В этом и заключается смысл призыва. Все мужское население страны должно уметь воевать. Но некоторые должны уметь это делать на профессиональной основе. Вот только чтобы осознать свое призвание к военной службе, нужно провести некоторое время в самой армии. Хотя бы год.  

Между прочим, организация любой системы исходит, прежде всего, из ее целей и предназначения. В том числе, и организация армии. Прежде чем решать вопрос, какая армия нам нужна, нужно решить вопрос, для чего она нам нужна. Без этого все остальное будет пустым словоблудием.  

Но еще раньше нужно осознать и определить те внешние угрозы, которые стране невозможно парировать без военного вмешательства. Сейчас официально признается только одна угроза ? разрозненных или скоординированных, но вполне локальных атак международных террористов. Нужны ли для нейтрализации этой угрозы призывники? Нет. Для этого скорее подойдут должным образом подготовленные спецслужбы, но уж никак не ополченцы, не резервисты, и даже не регулярные войска.  

Но исчерпывается ли карта внешних угроз России одними лишь загадочными международными террористами? Нет. И это признает само высшее руководство страны, пусть и неофициально, но на деле. В самом деле, из-за чего столько беспокойства по поводу продвижения НАТО на восток?! Тон, даже самых официальных и сдержанных комментариев российских руководителей таков, что не оставляет сомнений ? речь идет о прямой угрозе национальной безопасности. Угрозе реальной, вплоть до военного столкновения. И здесь уже одних спецслужб будет явно мало.  

Россия слишком часто воевала с Европой, чтобы надеяться, что этого больше не случится. Впрочем, может и не случиться. Но лишь при одном условии. Наши противники ? реальные или потенциальные ? должны быть уверены, что в случае любой военной агрессии, или даже просто угрозы таковой, российская армия в состоянии отразить ее, и нанести противнику урон, несовместимый ни с какими возможными выигрышами от гипотетической победы. Таковая армия, безусловно, должна формироваться на профессиональной основе. Но ? с возможностью постоянного пополнения резервистами. Эта предполагает сохранение смешанной системы комплектования армии ? и призыва, и контракта, и даже элитных частей потомственных военных.

3136

Комментирование данного материала запрещено администрацией.