Выкса после прививки стрит-арта

08:00 — 21.06.2017

Светлана Иконникова

Выкса после прививки стрит-арта

Автор фото: Фото автора

Выкса после прививки стрит-арта

08:00 — 21.06.2017

Светлана Иконникова

Город с населением чуть более 50 тысяч человек, известный по всей России, – это Выкса. Популярность ей принёс «Арт-Овраг» – фестиваль современной городской культуры. И это феномен, который сейчас пытаются осмыслить и философы, и социологи. И главный вопрос, который при этом звучит: может ли быть успешным проект, который прививается городу извне?

На плотах – по пруду

Улицы Выксы – чистые, с ровными газонами, обилием социальной рекламы на билбордах. Но не хипстерские, конечно. Хороший провинциальный город – без малейшего намёка на концептуальность, которую так любят поклонники современного искусства и под которой каждый понимает что-то своё.

Едешь по ним и недоумеваешь: а точно «Арт-Овраг» здесь? Вроде обстановка не располагает…

А потом оказываешься на площади Металлургов – в главной точке проведения фестиваля. Там люди ходят на ходулях. Лежат на сене. Из гвоздей и палок делают агрегат, смутно напоминающий автомобиль, но, возможно, это тележка. Варят лимонад, привлекая к процессу всех желающих.

– Слушайте, а вы на плоты ходили? Нет? Да вы что, идите срочно на плоты, там так интересно! Мы по очереди на всех уже накатались, – это мне говорит волонтёр информационного центра и нескучным голосом объясняет план расположения шатров и точек активности, включаясь в процесс моего познания Выксы.

Иду на плоты. Краем глаза замечаю, как на фоне символа «Арт-Оврага» фотографируется мужчина лет семидесяти. Тоже вполне обычной наружности, ничуть не «вечный хипстер» с крашенной в зелёный цвет бородой (такие тоже сюда приезжают, кстати). Фотографируется по стойке «смирно» рядом с вполне себе концептуальностью.

Плоты шикарны. Очень разные, они катают людей по Верхневыксунскому пруду и в ливень, и под редкими лучами холодного летнего солнца. Один из плотов (надо же понимать, что каждый плот – это арт-объект) создал француз Жан-Филипп Пуаре-Виль, ещё один – известный российский художник Леонид Тишков, ещё один – жительница Выксы Екатерина Кулёва.

Горожанам меняют мышление

Точка современного летоисчисления Выксы – это пожары 2010 года. Здесь все так и говорят: «Это ещё до пожаров было» или «Это уже после пожаров построили». Никто не уточняет, каких пожаров – слишком сильно они прошлись по линиям судеб тысяч выксунцев.

Через год после пожаров случился первый «Арт-Овраг» – со всеми его необычными скульп-турами, битвами поклонников экстремальных видов спорта и граффити на стенах домов.

Выксунцы отнеслись к «Оврагу» с настороженным любопытством. Потом случился второй «Овраг». Потом – третий, четвёртый…

На вопрос «Зачем?» Ирина Седых, председатель попечительского совета фонда «ОМК-участие», отвечает:

– Потому что Выкса – достаточно благополучный город. Завод работает, зарплаты на уровне. И по законам жанра там, где всё благополучно, но не хватает места для выражения эмоций, появляются соблазны. В первую очередь – для молодёжи. Алкоголь, наркотики… Чтобы этого не произошло в Выксе, мы и инициировали «Арт-Овраг».

– Традиционно считается, что жизнь в моногородах можно изменить, улучшая экономику градообразующего предприятия, – говорит Станислав Мурунов, куратор мастерской прикладной урбанистики, – но мы понимаем: главное – мышление. А изменить мышление возможно только через переживания. Человек должен испытать новые чувства, эмоции, переосмыслить их – и только тогда что-то изменится в его мышлении. Так вот, мы несколько лет исследуем жизнь Выксы. И сегодня у горожан уже появился запрос на нечто новое-странное. На что-то, чего они никогда не видели. И это результат «Арт-Оврага».

Участниками «Арт-Оврага – 2017» стали около 10 тысяч человек.

Народники XXI века

Станислав рассказывает байку о том, как одному из сибирских моногородов выделили колоссальные средства на развитие. Муниципалитет на все эти деньги закатал городскую набережную в гранит. В ответ на вопрос: «А насколько после этого снизился отток молодёжи из города?» – муниципалитет похлопал глазами и сказал: «А что, надо было вот эту задачу решать?»

– Мы могли бы создать в Выксе нечто совсем концептуальное, – подводит черту Антон Кочуркин, главный куратор фестиваля «Арт-Овраг». – Но что толку? Наша цель – включить в фестивальную деятельность жителей, показать им планку – высокую, но достижимую. Чтобы они не только увидели, что это такое – городская культура, но и не чувствовали себя в ней неким инородным телом.

Они, конечно, миссионеры. Эдакие народники XXI века. Правда, у народников рубежа XIX–XX веков с просвещением не сложилось, но «арт-овражцы» умеют учитывать ошибки прошлого. К жителям Выксы (невзирая на то, что у организаторов фестиваля нет-нет да и проскальзывают нотки покровительственного миссионерства) относятся с уважением, учитывая все их интересы и традиции.

– У нас, кстати, многое изменилось в городе за время проведения «Арт-Оврагов», – говорит Оксана Габдрахимова, заместитель главы администрации Выксы. – Сформировалось новое сообщество дружбы: люди сами собираются, сажают деревья, устанавливают лавочки, причём общаться они начали между собой именно на «Арт-Овраге». Что называется, нашли родственные души.

Сами жители говорят, что современное искусство им нравится не во всех его проявлениях и далеко не все парковые скульптуры они готовы принять на ура. Но зато им очень нравится, что в Выксе происходит нечто такое, что делает её знаменитой на всю Россию. И что наличие в городе «Арт-Оврага» однозначно лучше его отсутствия.

Шуховская башня на заводе

Что дальше? Кажется, ответ на этот вопрос – в цехах Выксунского металлургического завода.

Во-первых, именно на предприятии ОМК торжественно открылась самая большая в мире настенная роспись. Главный редактор Книги рекордов России и Книги рекордов Европы Алексей Свистунов торжественно вручил сертификаты национального и европейского достижений губернатору Нижегородской области Валерию Шанцеву и председателю правления Объединённой металлургической компании Анатолию Седых.

Во-вторых, Выксунский металлургический завод сам по себе может стать арт-объектом. Самая масштабная рос-пись (о процессе её создания мы уже рассказывали) находится на стене режимного предприятия – просто так, с улицы, не войдёшь. Но её автор, художник Миша Most, нашёл видовую точку за периметром предприятия, с которой стену очень хорошо видно. И предлагает оборудовать смотровую площадку.

В-третьих, ВМЗ – это не только современное производство железнодорожных колёс, но и генератор сильнейшего восторга.

На территории завода, например, есть своя Шуховская башня. Она уже не используется по назначению, но стоит как объект культурного наследия. А в одном из цехов по-прежнему работают две мартеновские печи. Да, у них невысокий КПД. У них не самые лучшие показатели экологической безопасности. Труд оператора на них – тяжёлый. Но ведь именно возле таких «мартеновских печей не смыкала наша родина очей». Они точно такой же ценный арт-объект, как деревянное зодчество. Поэтому печи пока не разбирают.

Более того, в ОМК есть планы активно развивать индустриальный туризм. И, пожалуй, экскурсии на действующее производство чудесно закольцуют традиционное искусство, стрит-арт и индустриальный уклон Выксы. И городу вполне по силам создать уникальное для России единое пространство культуры.

Теги: Общество

2686

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.