Инерция кризиса

08:00 — 19.03.2015

Инерция кризиса

Автор фото: Юрий Правдин

Инерция кризиса

08:00 — 19.03.2015

За последнюю неделю поступило довольно много свежих данных и индикаторов социально-экономического положения в стране. Ничего особо неожиданного и сенсационного в этих данных нет. Сухая статистика и социология констатируют, что не наблюдается ни радикального ухудшения, ни заметного улучшения. Посрамлены как завзятые оптимисты, так и профессиональные пессимисты. Реальность, как всегда, оказалась скучной и прозаичной: жизнь стала сложнее и тяжелее, но пока что вполне терпимой. Люди мало-помалу приспосабливаются к кризису, инерция которого только сейчас стала по-настоящему заметной и ощутимой.

Пора тревоги нашей

Последний социологический опрос «Левада-центра» выявил любопытную тенденцию. По состоянию на начало весны 2015 года самой острой проблемой большинство опрошенных (82 процента) считает рост цен. И это при том, что как раз с начала весны инфляция серьезно замедлилась. Настолько, что ЦБ посчитал безопасным понизить ключевую ставку на один процентный пункт — с 15 до 14 процентов. По мнению главы ЦБ Эльвиры Набиуллиной, «спрос на товары длительного пользования будет снижаться, и это приведет к уменьшению инфляции». Правда, согласно этой логике, для остановки инфляции надо вообще лишить людей денег или, по крайней мере, расходов, но суть сейчас не в этом.

Суть в том, что тревоги людей по поводу роста цен начинают напрямую влиять на динамику потребительского спроса и, соответственно, инфляции. Девальвация рубля, сокращение реальных доходов населения вполне логично привели вслед за декабрьским потребительским ажиотажем к уменьшению расходов, что, в свою очередь, стало естественным ограничителем роста цен. Производители и продавцы, почувствовав падение спроса, перестали еженедельно обновлять ценники и кое-где даже начали переписывать их в сторону снижения. По данным Росстата, за первую декаду марта мороженая рыба подорожала на 1,2 процента, цены на говядину, мясные консервы, подсолнечное масло, маргарин, макароны, пшено, рис, чай, печенье и шоколад выросли на 0,7–0,8 процента. А вот сахар подешевел на 0,6, свинина, куры, яйца, гречневая крупа — на 0,1–0,2.

Получается, что социологические ожидания отстают от потребительских. И не только потребительских: разнятся ожидания и по другим социально-экономическим направлениям.

В ожидании худшего

В последнее время столько говорилось про рост и угрозу безработицы (как по официальным каналам, так и по неофициальным), что народ и сам в это всерьез поверил. Согласно тому же опросу «Левада-центра», на третье место среди главных угроз, после роста цен и бедности, граждане ставят рост безработицы. Тогда как ЦБ, например, уже не считает это серьезной проблемой и уверенно предрекает вслед за обузданием инфляции удержание в приемлемых параметрах (6–6,2 процента) и безработицы. Рост зарегистрированной безработицы и впрямь начал в марте сокращаться, так что и здесь социологические ожидания несколько отстают от реальности.

Возможно, дело здесь в инерции настроения, а возможно — и инерции самого кризиса. Люди помнят декабрьское предупреждение Путина, что кризис продлится «максимум два года» и, исходя из этих слов, строят свои собственные планы и прогнозы. Которые удивительным образом совпадают с планами и прогнозами наших высших руководителей от экономики.

Опубликованный на днях доклад ЦБ о денежно-кредитной политике предполагает, что после двух лет рецессии с пиком падения ВВП в первом квартале 2016 года начнется восстановительный рост в диапазоне 5,5–6,3 процента ВВП. Но до роста надо еще дожить, а пока что придется переждать период не самых комфортных условий работы: падение цен на энергоносители, закрытие внешних рынков капитала, сокращение доходов бюджета — в общем, целый букет неблагоприятных факторов. Каждый из которых сам по себе не столь уж критичный, но в сочетании друг с другом они вполне способны серьезно ухудшить ситуацию. В этом ожидании худшего и приходится работать правительству и населению.

По текущему моменту

В предлагаемых обстоятельствах у страны не так уж много вариантов по преодолению кризиса, если, конечно, не рассматривать всерьез вариант политической капитуляции и согласия на все условия западных «партнеров». Если же оставаться в рамках представлений о суверенной модели развития, то базовых вариантов преодоления кризиса всего два: ускоренная модернизация путем усиленного государственного вмешательства по сталинской (в мягком варианте — китайской) версии или постепенная тонкая настройка различных элементов политической, экономической и социальной системы к меняющимся условиям.

Первый вариант, очевидно, более перспективен, но и более рискован. Совершенно непонятно, готово ли наше общество к дополнительным рискам и тяготам, неизбежным в условиях ускоренной модернизации. Видимо, наверху было решено, что нет, не готово — ни общество, ни верхушка, и возможные риски ускоренной модернизации перевешивают возможные выигрыши. Поэтому, по всей видимости, был выбран второй вариант — работа по текущему моменту.

Здесь не будет ничего грандиозного и ничего захватывающего, никаких двузначных темпов роста, но и падения – тоже. Скучная текучка, банальное сокращение расходов, оптимизация бюджета, адаптация налого­обложения. Всё ради того, чтобы переждать сложные времена вовне страны и нащупать точки роста внутри. Постараться сохранить социальную и политическую стабильность как необходимое условие для экономического роста, который отнюдь не отменяется — просто откладывается. До тех пор, пока инерция текущего кризиса не подойдет к логическому завершению.

Таков, как представляется, план правительства на ближайшие несколько лет — держаться, держаться и еще раз держаться. Здесь нет возможностей для больших катастроф, но и для больших прорывов, очевидно, тоже.

Прямая речь

Ситуация в экономике продолжает ухудшаться. Спрос на товары длительного пользования будет снижаться. И это приведет к уменьшению темпов инфляции. В 2015 году она составит 12–14% годовых… Через год спад достигнет «дна». После этого экономика начнет расти. В это время первичная адаптация к новым условиям уже произойдет, нефть подорожает, вырастут инвестиции. И это приведет к тому, что в 2017 году восстановительный рост может превысить 6%.

Председатель Центробанка Эльвира Набиуллина

Чуть меньше половины всех респондентов считают, что 2014 год оказался успешным для развития их бизнеса, примерно такая же картина была и в 2013 году. Компании сокращают, но не отменяют инвестиционные программы. Около четверти респондентов ожидают роста производства к середине года, а 10% опрошенных компаний планируют увеличить наем сотрудников. Так что основания для стабилизации ситуации есть.

Президент РСПП Александр Шохин

В феврале падение индекса потребительских настроений… остановилось: появилась надежда, что ситуация с семейными доходами стабилизируется. При этом люди продолжают всё хуже оценивать рыночные условия для крупных семейных расходов; треть опрошенных считают, что сейчас плохое время для этого. Последний раз столь негативные оценки звучали весной 2009 года.

Руководитель отдела изучения доходов и потребления «Левада-центра» Марина Красильникова

По страницам СМИ

«Темпы роста потребительских цен в марте начали замедляться. За первые две недели месяца стоимость продуктов перестала расти с ускорением. Ограничителем для нового подорожания стало падение спроса — россияне не выдерживают уровня цен и снижают потребление. В то же время вероятность удорожания некоторых продуктов остается — ведь их себестоимость продолжает увеличиваться».

«Независимая газета»

Экспертное мнение

— Прекариат* состоит из больших групп людей, занятых на временной, проектной работе, дауншифтеров** и значительной части представителей свободных профессий. В единый класс их можно объединить потому, что они не имеют значительной собственности и не встроены в традиционную систему трудовых коллективов, профсоюзов, социальных гарантий… Опасность прекариата для устойчивости политической системы России сегодня, когда он определенно возрастет численно (в том числе за счет безработицы), но потеряет относительную экономическую независимость, сходна с опасностью, которая исходила от пролетариата вплоть до середины 1930-х годов.

Генеральный директор Агентства политических и экономических коммуникаций Дмитрий Орлов

*Прекариат — новый класс, тип работников. Признаки: отсутствие стабильной занятости, гарантий и защищенности, профессиональный идентичности, низкий заработок.

**Дауншифтинг — философия жизни ради себя, отказа от чужих целей.

Теги: Экономика

852

Комментирование данного материала запрещено администрацией.