Семь оттенков белого

07:00 — 07.03.2013

Семь оттенков белого

Семь оттенков белого

07:00 — 07.03.2013

Сиреневый туман стелется над спокойствием утренней реки, обнимает возвышающийся над ее гладью кусочек берега и поднимается в небо, спускающееся навстречу воде разноцветными мазками. На соседней картине он уже более мягкий, чистый, с вкраплениями розового. Дымка, окутывающая врезающийся в излучину островок, на котором притулилась деревенская банька…

…Иван всегда любил писать пейзажи. Он и сейчас считает, что это — отражение и воспевание мира, созданного Всевышним. Но тогда, больше 20 лет назад, рассматривая работы молодой художницы Светланы, мужчина думал совсем о другом. О том, как помочь ей в том, чтобы ее картины… продавались.

Мастер с фингалом

«Боже, и этот человек смеет критиковать мои работы», — Светлана была удивлена и возмущена одновременно, глядя на художника, которого подруга рекомендовала ей в качестве хорошего консультанта. На вернисаже на Большой Покровской Иван выделялся среди своих собратьев по творческому цеху… бомжеватым видом, небрежной щетиной и, самое главное, эффектным фиолетовым фингалом под глазом. Предположения, навязчиво лезшие в голову девушки, не предвещали ничего хорошего.

— Пьет он, что ли? — подумала тогда она и, сама с собой согласившись, добавила в мысленную палитру мрачных оттенков: — И пьет, видимо, неслабо.

Света приехала в Нижний из солнечного Адлера с твердым намерением: стать художником. Поступила учиться. Время голодное, студенческое, денег не хватало хронически. Единственной надеждой хоть на какую-то материальную поддержку были ее картины. Но как их продать — пусть и мастеру, но начинающему? Вот тогда подруга и посоветовала:

— Давай покажем твои работы Ивану Ворожейкину. Он постоянно выставляется на Покровке и, что самое главное, продается. Пусть посмотрит, что у тебя к чему, советы даст.

Девушка поначалу сопротивлялась, но голод, как говорится, не тетка, да и подруга не отставала. И Светлана сдалась — отправила свои творения незнакомцу.

— В целом неплохо, но есть вещи, над которыми стоит поработать, — вынес тот свой вердикт. — Надо встретиться.

Новая волна сопротивления, как ни накатывала, все же отступила под натиском настырной подруги. И в один погожий сентябрьский денек они со Светой отправились в центр Нижнего, к кинотеатру «Орленок», туда, где со степенным достоинством продвигали свои творения в народ местные современные Левитаны и Репины.

Роман с камнем и натюрмортом

Иван, познакомившись со Светланой, тут же выложил ей суть своих замечаний, произнес обнадеживающе: «Ничего, поработаем, все получится». И вдруг… сам попросил помощи:

— Свет, а у меня вот другая проблема — натюрморты плохо выходят. В отличие от ваших. Так может, и вы мне поможете?

Суровый, странный вид нового знакомого еще продолжал ее тревожить, но она почему-то согласилась. Договорились встретиться на следующий день.

— Я, как приличная, притащила с собой краски, кисти, мольберт, — улыбается Светлана. — Первое, что мы сделали, — пошли на рынок и купили самых дорогих, самых красивых фруктов — надо же с чего-то писать. И вдруг Иван предложил: «А может, лучше в кино сходим? Отложим живопись на завтра…» До сих пор не могу понять, почему я тогда согласилась, — пожимает плечами женщина. — Мы смотрели вышедший тогда на экраны «Роман с камнем» с красавцем Майклом Дугласом, а меня не покидала мысль: «Что я делаю рядом с этим человеком?»

Но на следующий день они встретились снова, потом снова… С каждой встречей чувство тревоги отступало. И когда, спустя меньше чем через три месяца, Иван сделал Светлане предложение, она согласилась почти не раздумывая. Просто в какой-то момент поймала себя на мысли: рядом с этим умным, тактичным, талантливым и очень красиво ухаживающим человеком ей не только интересно, но и удивительно спокойно, надежно.

Сегодня, спустя 22 года семейной жизни, Светлана Ворожейкина уверена: это была… Не судьба, нет. Она не очень любит это слово. Скорее, промысел Божий. Точно кто-то невидимый, но всеведущий взял за руку и подвел именно к ЕЁ человеку. Уже потом она узнала: двоюродная сестра ее новоиспеченного свекра не просто из Адлера, родного города женщины, но и подруга ее мамы. Они даже живут на одной улице. Ну разве это может быть случайностью?

Всё фиолетово!

— Это всё наша семейная легенда, — обаятельно смеется Иван. — А как было на самом деле? Ну, этого я вам не скажу!

Скорее всего, шутит. Он вообще человек изумительно ироничный. И даже о своей любви к жене говорит в том же тоне. Но при этом понимаешь, чувствуешь: в этой иронии столько трепетной нежности, искренности, что так оно и есть на самом деле.

Слушаешь их милые пикировки, и уже тебя не покидает ощущение, что встреча эта была действительно неслучайна. Даже тот самый синяк, который так впечатлил Светлану и стал частью семейной легенды, Иван получил не в пьяной драке, конечно, а в святом месте.

— Как раз перед встречей со Светой я долго жил в Макарьевском монастыре, — вспоминает Иван. — Тогда он еще не был передан епархии, там находился филиал исторического музея, и пребывание на территории носило совершенно свободный характер. То лето я, будущий историк, провел в тех изумительных краях. Горьковская студия телевидения как раз снимала фильм о Макарьевской ярмарке, главным консультантом был мой учитель — преподаватель истории России, академик Николай Филиппович Филатов. Он так заразил меня рассказами о Макарии, что после его отъезда я продолжил свои исследования. И вот во время одного из них просто свалился с монастырской стены. Оттуда и синяк.

— Так вот почему в вашем доме так чтут фиолетовый цвет, — уже шучу я.

— Света его действительно очень любит, — говорит глава семьи. — У нас на кухне потолок фиолетовый, шторы, посуда, скатерть, свечки, даже часы… — Иван перечисляет то, что видит здесь и сейчас и сам себе удивляется: — надо же, никогда не акцентировал на этом внимание…

Надежда на Надежду

В их жизни, наполненной красками, не раз находилось место настоящему чуду, случиться которое просто не могло без помощи свыше. Купающиеся в любви, эти светлые люди долго мечтали о ребенке. Обошли с десяток специалистов, потратили кучу денег на всевозможные обследования, но в их уютном, милом доме по-прежнему жила лишь любовь на двоих. И вот, когда уже, почти отчаявшись, Ворожейкины собрались в столицу с надеждой на помощь московских эскулапов, Светлана вдруг узнала, что беременна.

— За год до этого мы обвенчались, — говорит она. — Свою дочку мы буквально вымолили.

И это не пустые слова.

В самые трудные, самые отчаянные моменты на помощь приходила высшая сила. Когда не хватало денег на собственную квартиру и сделка буквально висела на волоске, на выставку, где были работы Ивана, заглянул заморский бизнесмен. И — скупил все его картины. Точно на недостающую кругленькую сумму.

Взгляд сердца

— Знаете, я жену свою оценил по-настоящему, когда заболела моя мама и Светлана за ней ухаживала, — говорит сегодня Иван. И тут же оговаривается: — Точнее, Света открылась для меня еще одной гранью. Нет, сомнений не было с самого начала. Я, едва увидев ее, понял: это моя жена. Знаете, когда мы смотрим на правильного, своего человека, сразу видим, как мы вместе будем решать вопросы с нашими мамами, детьми, с хозяйством. Это не глаза, сердце видит.

Говоря своей жене «Я тебя люблю» каждый день, он неожиданно признается:

— Для меня не существует такого варианта фразы. В семье должно все строиться на «Мы любим друг друга». Тогда возникает гармония. Я не верю, что с годами любовь непременно превращается в привычку. Просто для того, чтобы она жила, чувства должны развиваться на фоне общности интересов. У нас со Светланой их масса. Начиная от творчества и заканчивая обустройством нашего домика в деревне. Любовь — это жизнь во всех ее проявлениях на протяжении всех тех лет, что мы вместе. И поверьте: сегодняшнее мое чувство к Светлане по силе своей не может сравниться с тем, что было 20 лет назад. Оно — гораздо сильнее.

Для палитры их семейной жизни историк, художник и, между прочим, и адвокат Иван Ворожейкин выбирает радужные тона.

— А что такое радуга? — спрашивает он и сам отвечает: — Это сочетание 7 цветов. А вся сумма спектра — вспомните физику-либо черный, либо белый. Моя семейная радуга — это абсолютно белый цвет. Без всяких вариантов. Но для того, чтобы она продолжала оставаться такой, приходится бороться. Это тоже очень правильно. Мужчина должен быть гарантом семьи и держать руку на ее пульсе. Жизнь-то семейная — она живая. Но в ней не случается ничего из того, чему не нужно случаться. Это я вам точно говорю.

Источник: Коллаж Александра Гущина

1534

Комментирование данного материала запрещено администрацией.