На 500 ученых 150 грантов

07:00 — 19.06.2012

Евгений Спирин

На 500 ученых 150 грантов

Автор фото: Юрий Правдин

На 500 ученых 150 грантов

07:00 — 19.06.2012

Евгений Спирин

Со стороны близких к науке людей частенько доводилось слышать, мол, это, конечно, хорошо, что государство вновь вспомнило о фундаментальных исследованиях. Средства наконец-то выделяются, но время-то уже упущено. Дескать, разброд и шатания девяностых, когда наука фактически не финансировалась даже по остаточному принципу, привели к тому, что никакие сегодняшние вливания не вернут утраченного.
Флагману нижегородской академической науки — Институту прикладной физики РАН — 35. Ученые из ИПФ РАН не просто выжили в лихую эпоху, но и продолжают успешно развивать исследования в новых научных направлениях. Подробности у директора института академика Александра Литвака.

Экспортное самофинансирование

— Можно выделить несколько факторов, определивших наш успех, — начинает беседу Александр Григорьевич. — Во-первых, как следует из названия института, мы занимаемся прикладными разработками, но преимущественно на базе собственных фундаментальных исследований. Показателем высокого уровня нашего научного коллектива является, например, количество грантов Российского фонда фундаментальных исследований. У нас их около 150, хотя в институте трудятся всего около 500 научных сотрудников.

Во-вторых, в условиях хронического безденежья мы не сложили руки, а нашли способ перейти, если можно так выразиться, на самофинансирование. Мы смогли организовать экспортные поставки высокотехнологичной продукции за рубеж.

В частности, я говорю о разработанных в ИПФ РАН гиротронах. Они используются в установках управляемого термоядерного синтеза. Для производства гиротронов была создана фирма «Гиком». Поскольку руководство института и фирмы совпадало, доходы, получаемые от деятельности «Гикома», пошли на поддержание работы ИПФ РАН. Даже в самые трудные девяностые годы у нас ни разу не задерживали зарплату. Это создало хороший психологический климат в стенах института. Большая часть ключевых специалистов не уехали за рубеж в поисках лучшей доли, не подались в бизнес, а остались верны науке.

Третий фактор заключается в том, что нам удалось сохранить инженерную инфраструктуру предприятия. Это очень важно, ведь экспериментальные исследования требуют серьезного инженерного и производственного обеспечения. В результате ни одно из направлений работы института не было закрыто, все оказались востребованными.

Потенциалу в рамках тесно

— 35 лет для института — возраст солидный или вы еще совсем молодая структура?

— Действительно, по документам наш институт был образован не так уж давно, в 1977 году. Но сама радиофизика (наука о колебаниях и волнах любой природы и любого частотного диапазона) на нижегородской земле появилась, эту дату можно определить точно, в 1932 году, когда сюда из Москвы приехали молодые талантливые физики Александр Александрович Андронов, Мария Тихоновна Грехова, Виктор Иванович Гапонов и другие. Они работали в Горьковском гос-университете.

В 1946 году в ГГУ по инициативе Андронова и Греховой открылся первый в стране радиофизический факультет. Через 10 лет заработал опять же первый в СССР научно-исследовательский радиофизический институт (НИРФИ). Сначала как подразделение в рамках университета. Затем, по мере роста научного потенциала, оказалось, что в этих рамках уже тесно. Поэтому в 1970 году вышло постановление, которое вывело НИРФИ из состава ГГУ. Он стал напрямую подчиняться Минвузу РСФСР.

Бурное развитие исследований в области физики высоких плотностей энергии, физики плазмы, лазерной физики, которыми занимались сотрудники НИРФИ, привело к тому, что республиканскому министерству поддерживать эти масштабные работы стало невозможно. Поэтому на базе подразделений НИРФИ, которые занимались этой тематикой, в 1977 году был образован Институт прикладной физики Академии наук СССР. Основателем и первым директором, возглавлявшим институт на протяжении 25 лет, является академик Андрей Викторович Гапонов-Грехов.

Лазерная столица мира

— Чем сегодня живет Институт прикладной физики?

— У нас много амбициозных проектов. Конечно, самый крупный, наиболее перспективный — это создание Международного центра исследования экстремальных световых полей на основе лазерного комплекса экзаваттной мощности. Мощность этого комплекса составит двести петаватт, что более чем на порядок превысит мощность наиболее мощных (десятипетаваттных) лазерных установок, к сооружению которых сегодня приступают в ряде стран Европы, США, Японии и Китая. В основе предложения — работы ИПФ РАН, проводимые в последние годы на одной из самых мощных действующих лазерных установок в мире, которой располагает институт. Мощность нашего действующего лазера составляет полпетаватта. Поясню — это в 30 раз больше, чем мощность всей электроэнергетики на Земле, но импульс лазера очень короткий — всего 45 фемтосекунд, так что энергии такого импульса недостаточно даже для того, чтобы заметно нагреть стакан воды. Но при фокусировке такого излучения получаются столь сильные электрические поля, что электроны в них ускоряются до ультрарелятивистских энергий. Новый лазер, который будет работать в международном центре, в 400 раз мощнее. Он станет № 1 в мире. Если он будет построен, наш регион станет лазерной столицей мира. На нижегородской земле будут располагаться два самых мощных лазера, один — в Сарове, это термоядерная установка УФЛ2 М, другой — нашего международного центра. Создание центра откроет дорогу в совершенно новые, неизведанные области физики.

1293

Комментирование данного материала запрещено администрацией.